«Было много ложных, порой наивных представлений о будущей войне», – воспоминания советского солдата о первых месяцах войны

Великая Отечественная война

Накануне войны атмосфера была сложной. Советское руководство прекрасно понимало, что Гитлер вскоре решит напасть на СССР. Эта статья основана на воспоминаниях красноармейца Николая Васильевича Аввакумова.

Он родился в 1921 году, сразу после окончания гражданской войны. Ему было всего 20 лет, когда разразилась следующая мировая война. Уходя на фронт, он не знал, что выживет, что вернется домой инвалидом. После войны он долго боролся с последствиями своего тяжелого ранения, но ему удалось оставить после себя книгу воспоминаний. Даже в те трудные первые месяцы войны, когда кругом царил хаос, он смог проявить свое мужество и завоевать свои первые награды.

«Это был июнь 1941 года. Наш 41-й мотострелковый полк 84-й дивизии 11-й армии в то время находился в лагере. Мы находились на берегу небольшой реки, притока Вилии. Палатки полковой школы, куда я был зачислен курсантом, были разбиты рядом с местом расположения рот 2-го батальона.
Еще до отъезда в лагерь, во время нашего пребывания в военном городке, мы много слышали о войне, которая вот-вот должна была начаться. Жены многих командиров отправлялись в страну, чтобы навестить своих родственников. Все чаще звучали разговоры о нарушении границ и других провокациях со стороны нацистской Германии. Хотя политработники и командиры убеждали нас в обратном, чувствовалось, что они думают так же, как и мы. Смутная тревога и опасения не покидали нас.

Я уже упоминал, что в атмосфере царил дух надвигающейся войны. Даже крестьяне, которые были далеки от политики и редко читали новости, были хорошо осведомлены о надвигающейся войне. «Радио «из уст в уста» сработало великолепно. Но советское командование не спешило действовать, до конца веря в нерушимость пакта Молотова-Риббентропа.

С политической точки зрения Сталин поступал правильно. Любая провокация, на которую советские солдаты ответили бы огнем, закончилась бы обвинениями в агрессии против СССР. В этом случае требовалась особая выдержка, что советским солдатам удалось сделать благодаря усилиям их политических инструкторов.

«Старший политрук Смирнов открыл газету от 14 июня и прочитал нам заявление ТАСС. Он опроверг слухи о предстоящей войне между СССР и Германией. — Я не могу сказать больше, сейчас я должен спешить к командованию». — Смирнов уклонился от вопросов. По поведению старшего политрука было ясно, что он не сомневался в том, что заявление отрицает, но не хотел высказывать то, что думает».

Конечно, паника не принесла бы ничего хорошего. Пресса и радио постоянно повторяли, что войны не будет, что немцы будут соблюдать условия заключенных соглашений.

Читайте также:  Миф о приказе №227. Что с ним не так?

Но советское командование прекрасно понимало, что немцы не будут медлить. Вы можете успокаивать местное население, но немецкие танки на западной границе СССР никуда не денутся. Многие ошибочно полагают, что советские войска вообще не готовились к обороне. На самом деле командование Красной Армии действительно пыталось подготовиться к наступлению, хотя и с ошибками.

«18 июня занятия были прерваны, и прозвучал сигнал тревоги. Боцман Яновский приказал: «Рота, к оружию! Командиры взводов докладывали майору Сидоренко о наличии в рядах бойцов. И тогда перед компанией была поставлена задача. Полковая школа должна была совершить марш-бросок к месту, где располагался военный лагерь. Палатки в лагере не должны быть сняты. Носите с собой только то, что крайне необходимо.
Переход был совершен за два часа. В лагере все оборудование было приведено в состояние готовности. Нам приказали сжечь все наши записи и учебники. Нам выдали боеприпасы. Во второй половине дня все подразделения полка выстроились у машин, на которых мы должны были двигаться. Нам сказали, что в ближайшие несколько дней начнутся военные учения с боевыми стрельбами, и мы должны были отправиться в поле, чтобы подготовиться. Ближе к вечеру полк отправился в путь, и через два-три часа мы остановились в сосновом лесу, с опушки которого открывался вид на кукурузные поля. Нам сразу же приказали рыть окопы для укрытия от самолетов».

Такая информация не спешила доходить до солдат. Никто не хотел паники в подразделениях.

«Утро 22 июня началось для нас с политического брифинга. Старший сержант Бродов рассказывал истории из центральных газет о самых важных событиях в жизни страны. Разговор прервал лейтенант Рожков. Он пришел взволнованный. Мы не видели его в таком состоянии. Он выстроил взвод и приказал: «Вперед марш за мной!» Мы выбежали на поляну, где уже выстроились некоторые подразделения полка.
Когда все собрались, началось собрание. Его открыл старший политрук Неустроев. Он заявил, что гитлеровская Германия вероломно напала на Советский Союз. Теперь ожесточенные бои шли по всей протяженности фронта от Балтийского до Черного моря. Врагу удалось пересечь границу в некоторых направлениях и проникнуть на нашу территорию. Наша дивизия должна встретить врага и дать ему достойный отпор. Он сказал, что только что выступал товарищ Молотов. Старший политический инструктор закончил свою речь следующими словами: «Наше дело справедливо. Враг будет побежден. Победа будет за нами. «

К сожалению, в начале войны Красная Армия не смогла выступить как единое целое. Многие подразделения были лишены связи из-за диверсантов. Повсюду царила паника. Оставшись без командования, командиры полков и батальонов не знали, что делать. Без приказа сверху многие были выведены из строя. Очевидный просчет советского командования.

Читайте также:  Восточный фронт Второй мировой войны – взгляд на Великую Отечественную войну с Запада

«С наступлением сумерек темп продвижения полка замедлился. Шоферы, не умевшие водить машину в темноте, часто съезжали в кюветы, машины сталкивались. Поэтому нам приходилось часто останавливаться и подолгу стоять.
Мы заняли оборонительные позиции, и нам приказали окопаться. Большинство из нас боялись, что боеприпасов, которые мы получили в городе, будет недостаточно, чтобы хорошо воевать. Командиры частей заверили нас, что к утру полк будет полностью обеспечен всем необходимым. «

Еще одна проблема, которую не смогла решить команда. Базы подвергались беспорядочным налетам, сжигались склады боеприпасов и амуниции. У некоторых бойцов даже не было оружия.

«Что мы тогда изображали из себя как бойцы? Мы были убеждены, что наша армия непобедима. Успехи промышленных гигантов первой пятилетки, челюскинская эпопея, героические полеты Чкалова и других летчиков, стахановское движение вселяли в нас уверенность, что мы можем все. Вся политическая работа того времени пробуждала в нас стремление к героизму. Хорошо помню встречи с участниками боев на Хасане и Халхин-Голе, которые проходили в школе. Мы с интересом смотрели фильмы «Истребители», «Суворов», «Щорс», «На границе» и другие, которые воспевали боевые подвиги, воспитывали патриотизм и веру в непобедимость. «

Стоит отметить, что не только советские, но и немецкие военные мыслили схожим образом. Очевидно, пропаганда работала по той же методологии.

«Словом, перед вступлением в Великую Отечественную войну мы приобрели много хорошего, что помогло нам удержаться, и в то же время у нас было много ложных, порой наивных представлений о будущей войне. Например, мы думали, что все наше оружие лучше, чем у врага, что солдаты рабочих и крестьян не будут стрелять в солдат советского государства, что война будет похожа на ту, которую мы видели в фильме «Если завтра война». Нам пришлось заплатить высокую цену за иллюзии, заблуждения и ошибки, переучиваясь по пути, меняя многие свои представления и убеждения. Вот какими были мы, солдаты, встретившие войну».

Автору мемуаров удалось прийти к точному и правильному выводу. Грамотная подготовка и правильная оценка возможностей противника могли бы снизить количество жертв на ранних этапах войны.

Читайте также:  «Эта битва была исключительно ожесточенной »- мнение маршала Жукова о провале немецкой армии под Сталинградом

Как вы думаете, какую ошибку допустило командование Красной Армии?

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Великая Отечественная